May 30,2010 Темы: Беларусь

Пример Тур­ции красноречиво свидетельствует о том, что вполне возможно осуще­ствить переход к рыночной экономике, не противореча национальным традициям и максимально учитывая прежнюю траекторию социально- экономического и культурного развития страны.

В белорусском обществе преобладают устаревшие представления о жизни турецкого народа, а многие из турецких бизнесменов имеют сла­бое представление о том, что за страна Беларусь и где она находится. И это одна из причин того, что Турция по-прежнему не поднимается выше 20- го места среди торговых партнеров Беларуси. Чтобы изменить ситуацию и реализовать огромный потенциал турецко-белорусских торгово-экономических отношений, нужно изме­нить традиционные представления людей, обращая внимание на то об­щее, что действительно можно обнаружить при внимательном изучении экономической истории Беларуси и Турции. Немало полезных для Бела­руси уроков можно извлечь и из непростого турецкого опыта рыночных преобразований. Чтобы хотя бы отчасти восполнить этот пробел, внача­ле рассмотрим малоизвестные у нас аспекты становления в Турции эко­номики рыночного типа, а затем на этой основе попытаемся провести исторические параллели и сформулировать соответствующие выводы.

Стремительное развитие экономики Турции в течение последних десятилетий, благодаря которому она вошла в число стран со средневысоким уровнем доходов, является закономерным результатом либерали­зации, предпринятой в начале 1980-х гг. Однако этому предшествовала длительная эволюция модели экономического развития Турции, в про­цессе которой произошел переход от османского этатизма к рыночной экономике западного образца.

На протяжении веков существования Османской империи в турец­ком обществе господствовали сильные общинные традиции, препят­ствующие развитию частной инициативы, а в его развитии ведущую роль играло государство. Традиция активного вмешательства государ­ства в социально-экономическую жизнь османского общества зароди­лась уже в первые века его существования. Со временем сложилась система детального государственного регулирования производства, распределения, транспортных перевозок, хранения продукции, а так­же ценообразования. Государство контролировало качество продук­ции, определяло места продажи и маршруты транспортировки товаров, устанавливало ограничения на оплату труда ремесленников и прибыль торговцев. Через систему повинностей государство вмешивалось в эко­номическую жизнь во всех ее проявлениях. Во всех сферах экономики важную роль играли монополии, создание которых санкционировалось государством. Государственный контроль над ценами в Османской им­перии осуществлялся веками и превратился в один из важнейших эле­ментов государственного регулирования экономики [2, с.45].

Особенностью османского этатизма было то, что государство со­вмещало функции управления страной и предпринимательской дея­тельности. Объяснялось это тем, что в социальной структуре страны фактически не было третьего сословия — купцов, ремесленников, а позже — буржуазии. Долгое время предпринимательская деятель­ность не имела правовой защиты: отсутствовали понятие юридическо­го лица, личная неприкосновенность торговца и его собственности и т. д. Поэтому неудивительно, что впоследствии именно государство ста­ло инициатором рыночных преобразований, одновременно выступая в роли активного предпринимателя.

Первые попытки реформирования феодальной экономики Осман­ской империи были предприняты в период танзимата с 1839 г. по на­чало 1870-х гг. Согласно англо-турецкому договору 1838 г. подлежали отмене государственная регламентация, монополия и принудительные закупки, что должно было способствовать формированию системы свободной торговли. Ее элементы формировались в течение длитель­ного периода, завершившегося буржуазной революцией 1908 г.

С возникновением в 20-е годы ХХ в. Турецкой Республики в стране был взят курс на построение рыночной экономики западного образца. Однако вскоре стало ясно, что механический перенос опыта промышленно развитых стран на турецкую почву не дает желаемых результа­тов. Одной из причин этого было преобладание в турецкой экономике иностранного капитала, в то время как национальное частное пред­принимательство не получило широкого распространения. Так, 67,5 % капиталов в добывающей промышленности принадлежало француз­ским компаниям, 75 % капиталов в обрабатывающей промышленно­сти — английским компаниям, 67,5 % капиталов в железнодорожном строительстве — немецким компаниям [3, с. 45]. Национальный бан­ковский капитал составлял всего лишь одну треть от капитала, сосре­доточенного в иностранных банках.

В результате ведущую роль в экономических преобразованиях про­должало играть государство, что полностью соответствовало тради­ционным этатистским представлениям. Такая модель экономического развития просуществовала в почти неизменном виде до начала 1980-х гг., хотя периодически предпринимались, пусть зачастую и безуспеш­ные, попытки либерализации турецкой экономики.

Первая такая попытка была предпринята в 1950 г., когда либерали­зации подвергся режим внешней торговли. Однако ослабление протек­ционизма привело к девальвации турецкой лиры, и вместо ожидаемого расширения экспорта произошло заметное сокращение импорта. За этим последовал угрожающий рост дефицита торгового баланса, кото­рый вынудил правительство отказаться от реформ.

В 1970 г. турецкое руководство вновь вернулись к идее либера­лизации экономики. Однако, как и в 1950-е гг., девальвация лиры не оправдала ожиданий. Темпы экономического роста не ускорились, а, напротив, замедлились, и турецкое правительство было вынуждено вернуться к протекционизму, взяв курс на импортозамещение.

В начале 1970-х гг. многие развивающиеся страны предприняли попытку «ускорения» развития за счет увеличения государственных инвестиций и политики «дешевых кредитов для частного сектора». Их примеру последовало и турецкое правительство. В результате за 1973-1976 гг. темпы роста ВВП выросли с 8 до 16 %. Но из-за того, что крупные инвестиционные проекты предпринимались в основном в государственном секторе, который по-прежнему охватывал 60-70 % турецкой промышленности, это привело к росту бюджетного дефицита и усилению инфляции, темпы которой на протяжении второй половины1970-х гг. постоянно росли. В итоге, поскольку источники для внутрен­них инвестиций были исчерпаны, темпы экономического роста упали до нуля. Это послужило толчком к принятию новой программы эконо­мической либерализации.

Первым шагом в направлении либерализации стала девальвация турецкой лиры сразу на 33 %. В дальнейшем на протяжении 1980-х гг. курс лиры ежегодно снижался на 10-15 %. Резкое обесценивание на­циональной валюты было невозможным из-за серьезной зависимости турецкой экономики от притока импортных инвестиционных товаров.

Либерализация цен происходила, во-первых, за счет сокращения списка «базовых товаров», цены на которые устанавливались ад­министративным путем. Во-вторых, было полностью отменено го­сударственное регулирование ценообразования в частном секторе экономики. В-третьих, ценообразование в государственном секторе стало осуществляться на основе уведомительного принципа, соглас­но которому предприятия устанавливали цены на свои товары само­стоятельно, информируя об этом Министерство промышленности и технологии. Все эти меры способствовали преодолению убыточности и повышению рентабельности большинства государственных компа­ний. Эта тенденция сохранялась и в последующие годы, когда стаби­лизационная политика турецкого правительства опиралась именно на крупные, в первую очередь государственные компании. Результатом стало замедление темпов инфляции при одновременной приостановке падения темпов роста ВНП и снижения реальной заработной платы в промышленности.

Основу более глубокого реформирования турецкой экономики за­ложила политика приватизации второй половины 1980-х гг. Одним из самых смелых шагов стал принятый в июне Кодекс приватизации, ко­торый резко расходился с этатистской традицией. В соответствии с ним государственное предприятие или учреждение любого уровня, а также государственный пакет акций в капитале смешанной компании разре­шалось приобретать в индивидуальную или корпоративную собствен­ность, причем все операции по приватизации освобождались от нало­гов. В дополнение к этому в 1987 г. был принят так называемый «закон о спасении компаний». Он предусматривал частичную приватизацию неплатежеспособных компаний. Если предприятие было не в состоя­нии вернуть кредит банку, он приобретал его акции на сумму, равную сумме долга. Таким способом было акционировано значительное число промышленных предприятий.

Однако с самого начала приватизации принятые законы подверглись корректировке с учетом особенностей экономики Турции, возможно­стей частного сектора и степени заинтересованности иностранного капитала в приобретении объектов государственной собственности. Расширение деятельности частного сектора турецкой экономики про­исходило в специфических условиях, характерной чертой которых было сочетание элементов свободного рынка с прежними инструмен­тами командно-административного регулирования экономики. С одной стороны, государственные предприятия получили право выпускать так называемые «доходные акции» на предъявителя, подлежащие котиров­ке на фондовой бирже. С другой стороны, был создан специальный ор­ган — Фонд общественного акционирования (с 1994 г. — Управление приватизации), задачей которого стало финансирование строительства крупных объектов производственной инфраструктуры (гидроузлов, шоссейных дорог, мостов и т. п.). Следует отметить и такую характер­ную особенность процесса приватизации в Турции, как его постепен­ность, что опять-таки напрямую связано с господствующими в обще­стве традиционными представлениями об экономическом устройстве.

Либерализация турецкой экономики сопровождалась циклически­ми колебаниями и соответствующими изменениями основных макроэ­кономических показателей, однако это не помешало достижению ко­нечной цели — построения рыночной экономики западного типа.

Даже такое краткое описание турецкого опыта перехода к ры­ночной экономике позволяет сделать несколько выводов, которые следовало бы взять на вооружение тем странам, которые твердо на­мерены проводить экономические реформы, но при этом хотели бы из­бежать повторения чужих ошибок и максимально учесть собственные социально-экономические и культурные особенности. Главный урок заключается в том, что рыночные преобразования в турецкой эконо­мике шли постепенно, десятилетиями, иногда приостанавливаясь, если того требовала текущая экономическая ситуация. В результате Турции удалось избежать так называемой «шоковой терапии», способной при­вести к резкому обострению социальных проблем. Важно и то, что турецкое государство успешно совмещало роли инициатора реформ и ведущего предпринимателя, сохраняя традиционно сильные позиции в экономике, но отказавшись от чрезмерного вмешательства в экономи­ческую жизнь, характерного для этатистской модели. Это обстоятель­ство играет особую роль с точки зрения обоснования правомерности выбора существующей модели социально-экономического развития

Беларуси с ее исторически сложившимися мощными традициями главенствующего положения государства в жизни общества.

1. Гердан, Е. Либерализация турецкой экономики: Этапы и особенности/ Е. Гердан// Беларусь и мировые экономические процессы: науч. тр./ под ред. проф. В. М. Руденкова. — Минск:Технопринт, 2003. — С. 327 — 342 с.

2. Киреев, Н. г. История этатизма в Турции / Н. г. Киреев; АН СССР, Ин-т востоковедения. % М.: Наука, 1991. — 340 с.

3. Розалиев, Ю.Н. Экономическая история Турецкой Республики / Ю.Н. Розалиев % М.: Наука, 1980. % 304 с.

Васильева Е. Э., Белорусский государственный университет, экономический факультет, доцент